Беспрецедентным стал сам тот факт, что получение официального среднего образования женщинами среднего класса стало во многих странах обычным (кое-где — даже общепринятым) делом; пусть даже оно отставало от мужского по объему и по качеству; однако в университетах обучалось еще очень немного женщин.

Следующий, второй, признак изменения положения женщин (особенно молодых) состоял в том, что они получили большую социальную свободу, выражавшуюся в расширении их индивидуальных прав и в получении возможности более свободного общения с мужчинами. Это было особенно важно для девушек из «респектабельных» семейств, жизнь которых была ограничена жесткими правилами и условностями. Наконец-то девушкам разрешили ходить на танцы в общественные места, тогда как раньше можно было танцевать только дома или на балу, устроенному по какому-то особому случаю; это говорило об ослаблении общественных условностей. К 1914 году многие из раскованной молодежи западных больших городов и курортов уже познакомились с ритмичными сексуально провокационными танцами сомнительного, но экзотического происхождения: такими, как аргентинское танго и синкопированные «стены» американских чернокожих; их танцевали в ночных клубах и в ресторанах, и этот обычай многим еще казался неприличным.

Это способствовало свободе поведения не только в социальном, но и в буквальном смысле.

Правда, женская мода не отразила веяний эмансипации и не претерпела слишком уж резких изменений, но участь сложных сооружений из материи и китового уса уже была предрешена с появлением нарядов свободного покроя из струящихся и ниспадающих тканей, созданных мастерами новых направлений (интеллектуального эстетизма 1880-х годов, «нового искусства» и «высокой моды» предвоенного времени) и быстро входившими в известность. Женщины вышли из замкнутого мирка буржуазных квартир на открытый воздух; поэтому из одежды исчезли неудобные предметы, затруднявшие движение (такие, как корсеты) и появились новые (такие, как бюстгальтер, получивший распространение с 1910 года). Не случайно в пьесе Ибсена символом освобождения героини стало широко распахнутое окно, открывшее доступ в дом свежему воздуху.

Спорт открыл девушкам и юношам новые возможности знакомиться и встречаться за пределами узкого круга, ограниченного семейными и родственными связями. Женщины (хотя и немногие) посещали клубы туризма и альпинизма, а велосипед стал поистине первой машиной, послужившей освобождению женщин и доставившей им еще больше пользы, чем мужчинам, поскольку их организм особенно нуждается в движении. Радость свободного движения была еще большей, чем у аристократок, занимавшихся верховой ездой, потому что они, храня женскую скромность, сидели на лошади боком, подвергая опасности свою жизнь.